Ночные улицы Лондона

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Ночные улицы Лондона » Минувшее - оконченное » Вне политики


Вне политики

Сообщений 61 страница 90 из 102

61

[indent] – Помню, как же! – моментально откликнулась Моника. – Кончил, пёрнул и уснул. Я ещё тогда подумала, что с вампирами оно гораздо веселее получается…

[indent] Этих четверых она действительно знала. Молодые, полные сил, наглости и сознания собственной безнаказанности, они творили что хотели, веселясь напропалую. Именно такие сорвиголовы были основной опорой и поддержкой прежнего Альфы. Нынешний Вожак их не одобрял, считая, что в своих бесчинствах они перегибают палку – а молодые оборотни, в свою очередь, не одобряли нового Альфу. Кидать Эдмунду Гвинблейду открытый вызов никто из них, понятно, не решился бы; но отвести душеньку на оборотнице-иностранке, нашедшей приют в ареале Альфы, – это совсем другое дело.

[indent] Моника, честно говоря, и сама любила повеселиться, не думая о последствиях, шумно поохотиться на людей и позадирать кого ни попадя. Но когда нужно, девушка умела становиться спокойной и рассудительной. А эти – не умели.

[indent] Сейчас они были разгорячены и явно не прочь подраться. Моника тоже. Но двое против четверых – не лучший расклад для оборотницы и вампира.

[indent] – Позвольте вас познакомить! – продолжила девушка без всякой паузы. – Это оборотни из Челси, большие любители пошутить. А это вампир с отличным чувством юмора. Кстати, советник Принца Лондона.

[indent] Пока что всё, что сказала Моника, было сравнительно дружелюбно. У оборотней был выбор, как отнестись к её словам: оскорбиться и начать драку или ограничиться язвительной пикировкой и разойтись.

[indent] Моника надеялась, что упоминание должности Даниэля их немного окоротит. Всё-таки одно дело – развоплотить никому не известного вампира, и совсем другое – напасть на ближайшее окружение Принца. Главный вампир Лондона, это даже ежу понятно, в случае чего будет мстить, причём очень жестоко.

62

[indent] Даниэль задумчиво посмотрел на оборотней. Оценивающе. Он видел, что главный задира перехватил этот взгляд. И хорошо.
[indent] Молодые. Кажется, волки, все четверо. Даниэль не смог бы сказать наверняка, но очень на то походило. Немного подвыпили. Достаточно, чтобы разгорячить кровь. Но достаточно ли, чтобы потерять голову? Трудно сказать.
[indent] Молодые, но не совсем уж зеленые юнцы. Интересно, сумеет ли он убить четверых? Шансы есть – особенно, если Моника станет драться на его стороне. Но пойдет ли против своих? Этого он не знал.
[indent] «Волки… – подумал он. – Волк нападет, если видит, что жертва слаба. А поняв, что противник сильнее, – предпочтет ретироваться, если не подыхает от голода.»
[indent] Оборотни перенимают повадки «своих» зверей. Но не в полной мере, само собой. В отличие от зверей, они все же разумны. А еще – пьют спиртное.
[indent] – Видимо, – неспешно сказал он, – мне стоит представиться. Даниэль Сантес.
[indent] Не подлежало сомнению, что имя первого советника Принца оборотням Лондона известно. Как и еще некоторые вещи. Например, то, что Сантес – древний вампир. Со всеми присущими древнему боевыми умениями. И длинной историей взаимоотношений с бесчинствующими оборотнями прежнего Альфы.
[indent] Сантес пошел ва-банк. Он не знал, что предпочтут молодые волки. Возможно, попытаются развоплотить ближайшего соратника Принца вампиров – заслужив, если это получится, – вечную признательность низвергнутого вожака. А, возможно, предпочтут отступить, поняв, что если и свалят древнего, то ценой жизни кого-то из них. Или даже останутся лежать тут все вчетвером, в то время как вампир продолжит ходить по земле.
[indent] Даниэль не мог предсказать, что они выберут. Но знал точно: если только волки поймут, что противник слаб – они кинутся. Все, разом.
[indent] Он посмотрел в глаза вожаку маленькой стаи. Зеленые, с золотисто-коричневым окаймлением вокруг зрачка. И больше уже не отводил взгляда. 
[indent] И так же, глядя глаза в глаза, проговорил:
[indent] – Может быть, и вы представитесь, джентльмены?

Отредактировано Даниэль Сантес (2017-08-17 20:44:24)

63

[indent] Молодой оборотень ответил на взгляд Сантеса дерзким и вызывающим взглядом. Он смутно чувствовал, что первый советник Принца вампиров как-то подавляет его, и в обычное время это заставило бы оборотня задуматься. Но сейчас он был навеселе, и обоснованный страх за свою жизнь затмевался нежеланием сыграть роль труса в глазах дружков.

[indent] – Почему б не представиться, – усмехнулся он. – Натаниэль Грант моё имя. «К вашим услугам» не прибавляю, потому что услуг вам оказывать не собираюсь! – и он глумливо расхохотался.

[indent] Товарищи его поддержали, разразившись громким смехом.

[indent] – Мы к вам, господин первый советник, претензий-то не имеем, – сообщил оборотень, отсмеявшись. – Гуляете, так гуляйте себе. А вот девушку придётся оставить. Девушка наша, из оборотней. Значит, давать должна в первую очередь оборотням. И сейчас она нам самим нужна!

[indent] Моника почувствовала досаду. Она уже настроилась провести сегодняшнюю ночь с Даниэлем, и менять планы не хотелось. Тем более что в постели древний вампир и впрямь был гораздо приятнее, чем Нат.

[indent] Однако оборотень поставил вопрос таким образом, что если Моника сейчас выступит на стороне Даниэля, то приобретёт репутацию ренегатки. Одно дело – поразвлечься с вампиром от нечего делать, и совсем другое – при выборе между сородичем и полумёртвым кровососом выбрать последнего.

[indent] А Даниэль, то, пожалуй, от неё не отступится. Не то чтобы Моника льстила себе насчёт собственной неотразимости, но Даниэль Сантес – настоящий мужчина. Значит, он не уступит самку. И не потерпит, когда нахальная молодежь ставит ему условия. Значит, будет драка.

[indent] Но расклад для него и для Моники не самый лучший…

[indent] Все эти мысли пронеслись в голове оборотницы за секунду, а в следующую секунду она уже громко возмутилась:

[indent] – Ничего себе! А моего мнения почему никто не спрашивает? Да с чего вы решили, что я вообще желаю покувыркаться с кем-то из вас? Я, между прочим, не какая-нибудь там! – Моника фыркнула. – Меня ещё завоевать надо! А ну, поймайте!

[indent] И прыгнула в сторону, бросилась прочь от аллеи, петляя между деревьями. Кто-то из оборотней кинулся за ней, один или двое – оборачиваться Моника не стала, берегла силы, но теперь у Даниэля, если что, будет на пару противников меньше.

[indent] А там уж как пойдёт…

64

[indent] За Моникой бросились двое. Оборотни в мгновение ока исчезли среди деревьев. Даниэлю не нравился этот расклад. Моника, конечно, бегает быстро, но сейчас ее преследовали не люди, а такие же, как она – не менее ловкие и быстрые. И носиться по саду мужчине удобнее, чем женщине – в этом её длинном платье и ботинках на каблуке – красивых, но абсолютно не приспособленных для бега по пересеченной местности. Два молодых волка скорее всего поймают Монику. И что потом? Приволокут сюда? Или поимеют прямо на месте?
[indent] Нет, – подумал он, – не поимеют. Приволокут. У маленькой стаи есть вожак. И он должен быть первым.
[indent] – Удивительное дело, – негромко сказал Даниэль. – Идут века, меняются времена. Люди – и мы, нелюди, вслед за ними – пытаемся изменить себя. Стать более цивилизованными, социальными, терпимыми к новым веяниям. Но весь этот налет цивилизовыванности слетает с нас в мгновение ока, едва лишь самец возжелает самку. И не важно, ходит ли этот самец на двух ногах или на четырех. Нечто дремучее и древнее, взлелеянное веками, мгновенно возникает в нем, и он забывает о цивилизации, о вежливости и этикете, о времени и пространстве. И слушает только этот зов гордости… и плоти. Забавно, мистер Грант, не правда ли?
[indent] Он по-прежнему смотрел на оборотня. Не прерывал этот взгляд – глаза в глаза. Если надо стать зверем, чтобы отвоевать свою женщину – что ж, он им станет.
[indent] – Ну, а раз так, – продолжал Даниэль, – давайте плюнем на эту цивилизацию, черт с ней. И станем как прежде – яростными и необузданными самцами. Поединок, мистер Грант? Победитель получит самку.
[indent] Даниэль усмехнулся. Он ничем не рисковал. Один на один древний вампир уделает молодого оборотня как младенца. Это понимал и он, и – без сомнения – Натаниэль Грант. Ну, если алкоголь не выдул из его головы остатки мозгов.
[indent] Да, это было нечестно. Несправедливо и неспортивно. Но Даниэль плевал на честность. Он желал вернуть Монику и уйти отсюда. С минимальными потерями.

Отредактировано Даниэль Сантес (2017-09-22 12:55:46)

65

[indent] Грант непроизвольно сглотнул. Драка с древним вампиром означала для него гибель.

[indent] По спине прошёл липкий холодок, как будто там уже приготовился выступить смертный пот. Желудок сжался и ухнул куда-то вниз, а сердце, наоборот, заколотилось, как бешеное.

[indent] К тому же рядом остался только один оборотень. Ну, то есть как – остался… он, конечно, остался, но Грант чувствовал исходящий от него кисловатый запах страха. Похоже, помощи от собрата ждать не приходилось.

[indent] Грант почувствовал, что протрезвел.

[indent] – А я… а мы… – он отчаянно искал возможность отступить, сохранив хотя бы подобие достоинства. – А самки-то нету! Убежала самка! За что нам драться? Нету!

[indent] Он попятился, постепенно ускоряясь.

[indent] – Пойду поймаю её, – заявил он, по крупицам собирая остатки бахвальства, – поймаю и утащу с собой. Да!

[indent] Выкрикнув своё «да!», оборотень мгновенно скрылся в кустах. Его товарищ, не заставляя себя ждать, прыгнул следом. 
.

[indent] Моника меж тем петляла между деревьями, пытаясь сбить погнавшихся за ней оборотней со следа. В этом деле у девушки был некоторый опыт, но её преследователи тоже были не новичками в искусстве охоты. Им пока ещё не удалось схватить Монику, но зато они умело и слаженно перекрывали ей все пути вглубь парка, отжимая девушку обратно к аллее.

[indent] «Загоняют», – подумала девушка. – «И, пожалуй, загонят… Если только не перекинуться в рысь. Тогда я сразу – на дерево, и прощайте, волки! Да, но порвётся платье. И ботиночки. И шляпка… О нет! Шляпка ещё совсем новая! Я не успела показаться в ней знакомым! Нельзя терять шляпку!»

[indent] Не сбавляя скорости, Моника обеими руками схватилась за ленты, удерживающие головной убор поверх каскада локонов. Развязала узел. Прорвалась сквозь кусты, перепрыгнула овражек, сорвала шляпку с головы и решительно взяла её в зубы.

[indent] Теперь, даже если девушка и превратится в рысь, это будет рысь со шляпкой в зубах.

66

[indent] – Вот так, – негромко сказал Даниэль в пространство, – все меня бросили.
[indent] И ухмыльнулся.
[indent] Молодежь! Им бы только скакать по кустам. А старому вампиру ничего не остается, как прозябать в одиночестве.
[indent] Даниэль снова ухмыльнулся.
[indent] А потом прислушался…
[indent] Нет уж, мальчики и девочки, вы от меня так просто не отделаетесь.
[indent] Он стоял, сосредоточившись, еще пару секунд, призвав на помощь свой острый вампирский слух и ловя малейшие звуки, которые раздавались в ночном парке. Треск ветвей, шорох торопливых шагов, приглушенные голоса.
[indent] Ага! 
[indent] Шаги – легкие, летящие, стремительные. Шаги женщины. Моника.
[indent] Мужчины двигались тяжелее, не маневрировали среди кустов, а проламывались сквозь них, ставя на силу и напор.
[indent] Похоже, они окружали Монику. Медленно, но верно брали в кольцо.
[indent] Ну, что ж, поиграем.
[indent] Даниэль сошел с дорожки и скользнул в заросли.
[indent] Он двигался на звук легких шагов, стремясь успеть прежде, чем сомкнется кольцо.
[indent] «Нет, Моника, никому я тебя не отдам.»

[indent] Она вылетела прямо на него – со шляпкой, зажатой в зубах. В первый момент Даниэль изумился, но тут же понял: шляпка могла пострадать – слететь с головы, когда нужно стрелой мчаться в густых зарослях. Ну, или красивые золотистые перья фазана поломаются… Для Моники – настоящая трагедия: шляпка-то совсем новая.
[indent] Молодой оборотень выскочил следом спустя буквально секунду. Один из тех двоих, кто кинулся за Моникой первым. Вылетел, предвкушая триумф: именно он поймает девицу!.. И затормозил, увидев вампира.
[indent] Даниэль ухмыльнулся в третий раз. И шагнул вперед, ненавязчиво становясь рядом с оборотницей.
[indent] – Я вызвал вашего предводителя на поединок за эту женщину, – проговорил он негромко и лениво. – Где он там шляется? Я всё еще его жду.

67

[indent] Молодой оборотень от души порадовался, что на поединок древний вампир вызвал Гранта, а не его. Одно дело – навалиться на кровососа вчетвером, и совсем другое – встретиться с ним один на один. И всё бы хорошо, но что-то в ухмылке лица Даниэля Сантеса наводило на мысль, что этот вампир в случае отсутствия Гранта может удовлетвориться и другим оборотнем…

[indent] – Э… Не знаю, где он, сейчас поищу, – быстро сказал парень и сиганул в кусты. Хватать Монику он почему-то передумал.

[indent] Девушка с размаху бросилась Даниэлю на шею, попутно возвращая на голову шляпку. Остановиться на минуту, чтобы сперва надеть головной убор, оборотнице и в голову не пришло: прихорашиваться она могла хоть на плаву в открытом море. И жарко обниматься  – тоже.

[indent] А также разговаривать.

[indent] – Ой, Даниэль, как ты его! Как шавку! Здорово! Слушай, Даниэль, а давай пойдём отсюда поскорее? Ну пожалуйста! Тебе-то что, ты их убьёшь –  только развлечёшься, а у меня потом неприятности в Стае будут… Давай как будто ты меня схватил и быстро-быстро унёс?

68

[indent] – Давай, – сказал Даниэль, обнимая оборотницу за талию. 
[indent] Он был более чем уверен, что за ними никто не погонится.
[indent] Потом юные оборотни, конечно, скажут, что они напугали вампира, и тот сбежал, убоявшись поединка. Но плевать. Даниэлю было абсолютно все равно, что о нем скажут какие-то там оборотни. Тем более: если так – им придется как-то объяснить своим сородичам, почему они не догнали вампира и позволили ему уволочь их женщину.
[indent] В общем, Сантес склонялся к мысли, что оборотни вообще никому ничего не скажут.
[indent] – Знаешь, – проговорил Даниэль, когда они с Моникой снова вышли на аллею, – я и не собирался их убивать. Разве что покалечить малость. Да и то не всех, а только вожака. Но, может, так даже и лучше.
[indent] Аллея выводила к реке. Сквозь кусты уже смутно виднелась поверхность воды, серебристая от света газовых фонарей. Даниэлю хотелось выйти на набережную и немного полюбоваться рекой и ночным городом – и он направился вперед по дорожке.
[indent] – Поглядим на реку? – предложил он Монике. – А потом пойдем искать тебе ужин. Ты все еще желаешь найти кого-нибудь, умеющего драться? Или сойдет кто попроще?

Отредактировано Даниэль Сантес (2017-10-19 03:01:18)

69

[indent] – Которые умеют драться, те вкуснее, – протянула Моника. Потом повернула голову, посмотрела на Даниэля и добавила: – Но сейчас я согласна на какой угодно ужин, главное, чтобы с тобой. Ты такой, такой… лучше любого ужина!

[indent] Она прижалась к вампиру поближе, прильнула горячим боком, положила голову на мужское плечо. Как же хорошо! Как хорошо обниматься с мужчиной, который наводит ужас на забияк, но с тобой ласков и нежен. Как приятно чувствовать себя в кольце сильных рук, которые, точно знала Моника, способны завязать узлом кочергу – но на тебе не оставят даже синяка. Как хорошо. Как уютно.

[indent] Не разжимая объятий, Даниэль и Моника вышли к реке. Оборотница на ходу тихонько мурчала, просто так, от удовольствия, и жмурила глаза. Сквозь полусомкнутые ресницы парк виделся странным и фантастическим, зеленовато-серебристым, а река казалась живым существом, чем-то вроде большого змея.

[indent] – А целоваться под луной мы не сможем, – заметила Моника, – потому что сегодня нет луны.

70

13 июля 1870 года

[indent] Даниэль проснулся от того, что Моника пошевелилась. Он открыл глаза и некоторое время любовался ее точеным лицом и каштановыми волосами, разметавшимися по подушке. А потом улыбнулся.
[indent] – Доброе утро.
[indent] «Утро» – это он погорячился, впрочем. Должно быть, уже полдень. Или около того.
[indent] Они лежали в кровати в спальне Моники. Вечер и ночь прошли бурно.  Потом Моника уснула крепким сном, как всегда бывало после их любовных ласк, а Даниэль еще долго лежал, глядя на нее и наслаждаясь этим зрелищем. Потом и он уплыл в сон, но вот сейчас, очнувшись, снова смотрел на нее – и не мог насмотреться. Моника была красива. Удивительно красива. Да, лицом она ничуть не напоминала греческих богинь с их классическими пропорциями и идеальными – слишком уж идеальными и потому скучными – чертами. Ее красота была иной. Теплой. Живой. Своеобразной. И это нравилось Даниэлю гораздо больше, чем застывшая холодная классика.
[indent] Моника улыбнулась в ответ, и Даниэль притянул ее к себе. Обнял, запустив пальцы ей в волосы. А она уткнулась ему в шею, и он ощущал на коже ее тихое дыхание.
[indent] Шторы были задернуты – разумная предосторожность на случай, если с утра выглянет солнце. Но, похоже, день обещал быть пасмурным. Сквозь щель между полотнами плотной ткани пробивался лишь тусклый серый свет. А значит, можно куда-нибудь отправиться – навстречу очередным приключениям. Сегодня у Даниэля был свободный день, и провести его с Моникой – отличный вариант. Лучший, пожалуй, из всех, что он мог придумать.
[indent] Даниэль еще раз провел рукой по волосам оборотницы и лег на спину, раскинувшись на кровати.
[indent] – Чем сегодня займемся?

Отредактировано Даниэль Сантес (2017-12-08 12:45:59)

71

[indent] Ещё не открыв глаз, сквозь утреннюю сладкую дрёму Моника ощутила, что лежит в объятиях Даниэля. Она чувствовала под головой его плечо и вдыхала такой знакомый, такой будоражащий запах – вампир пользовался туалетной водой с древесными нотками.

[indent] Что может быть лучше, чем проснуться рядом с прекрасным мужчиной?

[indent] – Доброе утро, – сказал Даниэль.

[indent] Моника улыбнулась и снова прильнула к любовнику, а он её обнял. И это было так приятно, что захотелось остаться в постели на весь день… но нет, не получится. Организм властно требовал еды. Любовные игры с древним вампиром отнимали много сил, и их нужно было восполнять не только сном, но и сытной пищей.

[indent] – Чем сегодня займёмся?

[indent] – О, у нас богатый выбор, – отозвалась Моника. – Мы можем взять лодку и покататься по Темзе. Можем пойти на блошиный рынок и поискать там забавные антикварные вещи. Можем отправиться на танцы в публичный зал. Или посмотреть в Зоологическом саду на белых верблюдов. Или заказать ванну с клубникой и шампанским.

[indent] Девушка обвела взглядом комнату. Один чулок висел на газовом рожке. Второй лежал на подносе для завтрака. Сервиз для завтрака был при этом разбросан по полу. Туфелька Моники чинно стояла рядом с ботинком Даниэля, но где вторая туфелька и где второй ботинок, можно было только гадать. Как же хорошо повеселились вчера!

[indent] – Но сначала, – заявила девушка, – сначала ты сводишь меня в кухмистерскую и накормишь сосисками и беконом.

72

[indent] – В кухмистерскую? – изумленно переспросил Даниэль. – Сосиски и бекон? Зачем?.. Поедем лучше в «Рулс». Закажем тебе огромный кусок едва прожаренной оленины, а на сладкое – пирог с яблоками и ежевикой. И немного красного вина ко всему этому. Просто для тонуса.
[indent] Он встал с кровати и поднял с пола свои брюки.
[indent] – Может быть, конечно, они еще не открылись, но тем лучше для нас. Не придется обедать в окружении всех этих толстых стариканов и их вульгарных подружек, годящихся им во внучки. 
[indent] Даниэль взял свой ботинок, стоявший рядом с туфелькой Моники. Второй ботинок определенно должен был находиться в углу, за стулом – там, куда он вчера отлетел, когда оборотница сдергивала с Даниэля брюки – и ботинки ей в этом мешали… А другая туфля Моники, скорее всего, за кроватью. Именно такова была траектория полета, когда они с Моникой повалились на постель, и оборотница нетерпеливо дернула ногой, скидывая обувь. Даниэль заглянул за кровать – и точно! Она была там.
[indent] И так, мало-помалу восстанавливая в памяти прошедший вечер, он собирал свою одежду – и заодно одежду Моники – пока она медлила с ответом, видимо, обдумывая его предложение.

73

[indent] «Рулс»! В «Рулсе», конечно, гораздо вкуснее, чем в кухмистерской. Оленье жаркое не сравнить с дешёвыми сосисками. И ещё в ресторане красиво и уютно… но…

[indent] … но «Рулс» находится возле Ковент-гарденского рынка. А кухмистерская – здесь же, за углом. К тому же в «Рулсе» еду будут сперва готовить, а кушать хочется уже сейчас!

[indent] Но в ресторане вкуснее.

[indent] Но в кухмистерской быстрее!

[indent] Но…

[indent] – А можно, – сказала Моника наконец, – ты сперва купишь мне в кухмистерской горячий мясной пирог, и я его съем по пути к «Рулсу», а там ты мне закажешь оленину с брусничным соусом и пирог с яблоками и ежевикой… или сладкий пудинг с кремом… или и пирог и пудинг вместе! Можно?

[indent] Тут девушка сообразила, что пока она раздумывает, Даниэль одевается, и вихрем слетела с постели. Не хватало ещё задержаться из-за собственной медлительности! Искать разбросанное по комнате бельё девушка не стала – просто вытащила из комода новое.

[indent] – Я на минутку! – бросила она, скрываясь за дверью туалетной комнаты. И действительно, уложилась в минуту: десять секунд на то, чтобы воспользоваться ночным горшком, три секунды – плеснуть на лицо, на грудь и спину холодной водой, пять – на то, чтобы энергически растереться полотенцем, двадцать две – надеть сорочку, чулки, панталончики, корсет (благодаря гибкости оборотней корсет Моника могла затягивать на себе самостоятельно)… двенадцать – расчесать волосы, шесть – скрепить их шпильками… и последний аккорд – добавить капельку духов.

[indent] Освежённая, она вернулась в спальню и радостно улыбнулась Даниэлю.

[indent] – А куда же мы всё-таки идём? Какое платье мне надеть?

Отредактировано Моника Надь (2018-01-21 22:31:40)

74

[indent] И правда: куда бы пойти? Выбор был велик. Даниэль задумался. Зоологический сад – интересная мысль. В последний раз он был там довольно давно; похоже, лет тридцать тому назад. С тех пор, должно быть, всё сильно изменилось. Сад наверняка разросся, появились новые животные. Может, и такие, которых он еще и не видел за всю свою долгую жизнь. Да, с каждой секундой эта идея нравилась ему все больше.
[indent] – Белые верблюды… – отозвался он. – Отличная мысль! Пойдем в Зоологический сад.
[indent] Но тут же – не успел еще Сантес договорить – за окном пронесся резкий порыв ветра, а пару секунд спустя в стекло ударили дождевые капли. О, этот дивный английский климат! Такой удобный для вампиров. Но, порой, жестоко нарушающий планы… А жаль. Даниэль уже настроился полюбоваться сегодня на диковинных животных. Однако, судя по всему, дождь будет затяжным.
[indent] – М-да, – проговорил он, откинув штору и созерцая льющиеся с небес серые струи, – похоже, верблюд отменяется.
[indent] Но, впрочем, посмотреть на диковинных животных всё еще можно. Правда, не на живых, а на чучела – и это минус. Но, с другой стороны, они увидят этих животных в несравненно большем многообразии – и это плюс.
[indent] – А пойдем в Британский музей? – предложил он. – Там отличный отдел естествознания. Не знаю, правда, имеется ли в коллекции белый верблюд, но зато есть, например, утконос. Ты когда-нибудь видела утконоса?

75

[indent] – Нет, если не считать, конечно, мою квартирную хозяйку, – весело отозвалась Моника. – Она всюду суёт свой нос и при этом крякает, как утка. Но думаю, что тот экземпляр, что в музее, гораздо занятнее!

[indent] Оборотница ничуть не расстроилась, что вместо Зоологического сада они пойдут в музей. Какая разница, куда? Ей нравилось ходить с Даниэлем куда бы то ни было. С вампиром всегда было интересно, а ещё он был красив и элегантно одевался – да с таким кавалером можно отправиться хоть в Ад на чашечку чая с Дьяволом!

[indent] И Моника была уверена, что даже в Аду найдутся дамы (ну, какие-нибудь рогатые демонессы), которые при виде её спутника непременно позавидуют самой лютой завистью.

[indent] – Кстати, в Британском музее, кроме мёртвых животных, ещё и мёртвых людей показывают, – сказала она, снимая с крючка платье. – Египетских мумий, знаешь? Прямо в саркофагах.

[indent] Для похода в музей девушка выбрала платье мягкого кофейного цвета. Лиф платья был гладким, без украшений, высокий воротник закрывал горло – словом, Моника казалась в нём барышней скромной, чтобы не сказать строгой. Но только пока стояла. А вот когда она шла… о! тут сразу становилось понятно, что юбка скроена из тафты тонкой, как паутина, а под ней вместо вороха нижних юбок одни лишь панталончики; словом, когда Моника двигалась, ноги обрисовывались великолепно. И назвать это зрелище скромным мог бы только слепой.

[indent] – Даниэль, застегни мне сзади, пожалуйста, – попросила Моника, вдев платье в рукава и расправляя складки. – А что ты думаешь: мумии действительно оживают по ночам, как об этом болтают?

Отредактировано Моника Надь (2018-01-21 22:35:14)

76

[indent] – Думаю: вряд ли, – отозвался Даниэль, помогая Монике справиться с платьем. – Это ведь просто выпотрошенные трупы. У них даже мозгов нет. Я читал о погребальных ритуалах Древнего Египта. Из тела достают все внутренности – а при том разрезать тело нельзя: это гневит богов. Ну, или что-то в таком роде. Поэтому внутренности вытаскивают специальными инструментами через… разные естественные отверстия. Вот, мозг, например, вынимают через нос. Ну, и так далее. И всё складывают в особые сосуды. Для каждого органа – свой. Хотя вот что интересно…
[indent] Хм. Даниэль никогда не задумывался об этом раньше. Но теперь, когда зашел разговор, он вдруг – припоминая то, что читал о последних археологических исследованиях – поневоле задался вопросом…
[indent] – Знаешь, что интересно? Сердце они не вынимают. Вытаскивают желудок, кишки, печенку, даже мозги. Но сердце оставляют внутри. Возможно, в этом и правда что-то есть…
[indent] И в самом деле. Какая любопытная мысль! Из вампира тоже можно извлечь кишки и печенку – и он останется жив. И со временем всё восстановит. Но вот если вынуть сердце – вампир погибнет. Может, и с этими мумиями всё не так просто, как ему казалось?..
[indent] – Но, с другой стороны, – сказал Даниэль, размышляя, – если они позволили вытащить себя из гробниц, увезти в чужую страну и вставить на обозрение публики, то, боюсь, дела у них идут не в гору.
[indent] Истинные властители Египта наверняка до сих пор лежат в своих роскошных могилах, окруженные защитной магией, убивающей всех, кто осмелится к ним приблизиться. Недаром же столько всего говорят о проклятии пирамид. А другие, не столь могущественные… ну, те бедолаги, которые не сумели себе позволить такую магию, – они и попали в музеи. И, видимо, им уже ничего не светит.
[indent] Хотя… ну, как знать.
[indent] – В общем, трудно сказать, – заключил Даниэль. – Их магия совсем не такая, как у нас. И даже если они до сих пор на что-то способны в плане колдовства – им тут непросто.

Отредактировано Даниэль Сантес (2018-03-09 19:04:00)

77

[indent] Моника была заинтригована.

[indent] – То есть мумии, возможно, всё-таки живые? Ну, не в том смысле, что живые как люди, но они могут двигаться, чувствовать, думать? Хотя… у мумий же мозг вынут! Как они тогда могут думать?

[indent] Платье было застёгнуто, и Моника приступила к надеванию шляпки. Её надо было пристроить на причёску под точно выверенным углом и закрепить шляпными булавками. Иначе эффект не тот!

[indent] – Но с другой стороны, если мозг не уничтожен, а находится в этом – как ты сказал? – специальном сосуде, то, может быть, он работает, просто, ну, на расстоянии? Представляешь, Даниэль: тело в Лондоне, а управляющий им мозг – в Египте? Уууаау!

[indent] Вот за это Моника и ценила Даниэля. Общение с этим вампиром было не только развлечением: он был образован, умел непринуждённо помянуть интереснейшие факты, которые будили воображение, мог рассказать и показать то, чего Моника раньше не знала. Каждая встреча с ним была маленьким сюрпризом.

[indent] – Теперь Египет стал для меня ещё интереснее, чем раньше, – сообщила девушка, когда они с Даниэлем выходили на лестницу. – Когда-нибудь я съезжу туда и посмотрю собственными глазами на их пирамиды и храмы. Там, должно быть, интереснейшие фрески! И на Нил посмотрю, и на пустыню… Наверное, пустыня под жгучим солнцем производит сокрушительное впечатление! Я это зарисую и пришлю тебе, – щедро добавила оборотница, – чтобы ты тоже увидел.

78

[indent] …Пообедав в «Рулсе», одном из самых дорогих ресторанов Лондона, Даниэль и Моника отправились в Блумсбери, где располагался Британский музей.
[indent] Новое здание появилось около тридцати лет назад, после того, как экспонаты перестали влезать в особняк на Рассел-стрит. Величественное и огромное, оно было выстроено в греческом стиле, с длинными рядами колонн и фронтонами, украшенными изящными скульптурами. Подлинный храм науки и искусства!
[indent] Сейчас – в среду, посреди дня – посетителей было немного. Войдя внутрь, Даниэль с Моникой оказались в длинном холле с высоким сводчатым потолком, где их звук их шагов разносился гулким эхом. Отсюда можно было отправиться, скажем, в нумизматический отдел – полюбоваться монетами разных стран и времен. Или пойти осмотреть обширную коллекцию камней и минералов, расширив, таким образом, свои познания в области геологии. Или же – насладиться лицезрением изящных греческих статуй… Но Даниэлю вдруг нестерпимо захотелось увидеть утконоса. Удивительное животное, по поводу которого ученые до сих пор не сошлись во мнениях – зверь это или птица.
[indent] – Пойдем в зоологический отдел? – сказал он Монике. – А потом, если хочешь, навестим твоих приятелей-мумий.

79

[indent] Приятелей? Моника фыркнула. Что Даниэль имеет в виду? Что она в свободное время ходит пить с мумиями чай? Звучит похоже!

[indent] – Ну ладно, – оборотница решила не остаться в долгу. – Сходим к мумиям потом. А сначала навестим твоих приятелей-утконосов!

[indent] Моника и Даниэль вступили в анфиладу залов, наполненных разнообразными экспонатами. Девушка с любопытством крутила головой во все стороны. Она уже бывала в Британском музее, но отдавала себе отчёт, что пока не освоила и сотой его доли. В зоологический отдел она пришла впервые.

[indent] Кое-что здесь было предсказуемо и понятно. Например, вот, скелеты животных. Моника охотилась в своей жизни на разных животных, умела их разделывать, умела обгладывать, а потому скелеты медведя, волка, зайца, змеи не представляли для неё никакого интереса. Но вот скелет гигантской черепахи приковал внимание оборотницы надолго.

[indent] – Господи, она действительно внутри пустая, – пробормотала  Моника, разглядывая выбеленный временем панцирь, – такая большая – и пустая… А зубов у неё нет… вон какая большая – и без зубов! Как так?

Скелет черепахи

http://s7.uploads.ru/lWKDo.jpg

80

[indent] – Ну да, – подтвердил Даниэль. – У нее внутри только мясо, а весь скелет сверху. Так она защищается от хищников. Попробуй её тронь! У нас, в Италии, были черепахи, – сказал он, внезапно вынув на свет давно похороненные воспоминания. – Не такие большие, правда. А эта – она из Африки… или откуда-то оттуда. В Африке вообще много всего необычного.
[indent] Он помолчал, разглядывая скелет. И впрямь: очень большая черепаха. Откуда-то из очень дальних земель…
[indent] – Знаешь, – сказал Даниэль, не отводя глаз от белых костей, – я не жалею, что стал вампиром. У нас очень много преимуществ по сравнению с людьми. Неимоверное количество. Но кое-что нам недоступно. Например, страны, где много солнца… Я бы хотел путешествовать. Но это не всегда возможно.
[indent] Да. Африка. Азия. Острова в океане. Столько неизведанных мест, где ждут, возможно, невероятные приключения и удивительные открытия. Только, вот, не для вампиров. Там слишком много солнца.
[indent] «Когда-нибудь, – подумал Даниэль, – найдется и от него защита…» А, впрочем, вряд ли. Людям солнце и так не мешает, а придумывать защиту для вампиров – какой для них прок? Сами же вампиры никогда ничего не изобретут. Это Даниэль понял уже давно. Бессмертные, сильные, ловкие, умные. Отличные бойцы. Великолепные тактики и стратеги. Но и только. Созидание – не самая сильная их сторона. Вампиры всё тащат у людей. Изобретения, творчество, любые новшества. Да, и среди вампиров есть поэты, художники, модельеры… но в разы меньше и реже, чем среди людей. Словно бы вместе со смертной сущностью вампиры теряют умение изменять мир…
[indent] Даниэлю и впрямь очень хотелось бы путешествовать. Но нельзя преодолеть невозможное.
[indent] – Ну да ничего! – бодро проговорил он. – И в доступном мне мире хватает чудес.

81

[indent] Моника бросила на Даниэля быстрый взгляд. Вампир выглядел элегантным и уверенным в себе, но девушка не могла забыть нотку, которая прозвучала в голосе Даниэля, когда он говорил про страны, где много солнца.

[indent] Вампиры не могут появляться на солнце, это знают все. Раньше Монике не приходило в голову, что её любовник может жалеть об этом. Даниэль вёл себя так, будто стоит ему лишь захотеть – и он получит всё, что только ни пожелает.  А тут…

[indent] Её друг-вампир никогда не увидит Африку. И от этой мысли у самой Моники что-то больно кольнуло в сердце. Ей захотелось как-нибудь утешить Даниэля. Например, сказать, что она побывает в жарких странах и за себя, и за него. И нарисует много картин, и привезёт  ему, и он увидит, какая там жизнь… но это оборотница сегодня уже говорила один раз. Не повторяться же!

[indent] Она прижалась к Даниэлю покрепче.

[indent] – Давай я буду тебе вместо солнышка? – предложила Моника. – Я красивая. И немного рыжая, – тут девушка, конечно, польстила себе: цвет её волос до рыжего не дотягивал. – И я могу быть очень-очень жаркой в постели!

[indent] Моника приподнялась на цыпочки и страстно поцеловала вампира в губы.

82

[indent] Она, что, поняла?
[indent] Неужели Даниэль был столь беспечен, дабы выказать свои чувства насколько явно?
[indent] Непозволительная слабость вкупе с недомыслием.
[indent] Но демонстрировать свою досаду – только усугублять дело. Даниэль с энтузиазмом ответил на поцелуй, чуть прихватив Монику за зад.
[indent] – Спасибо, моя драгоценная, – сказал он, когда оторвался от губ оборотницы. –  Ловлю на слове. Будешь моим солнышком… О! А вон там смотри-ка: утконос.
[indent] Они подошли поближе. Перед ними предстало чучело воистину диковинного создания. Приземистое тельце дюймов четырнадцать длиной, покрытое бурой шерстью. Короткие толстые лапы с гибкими пальцами, немного похожими на пальцы летучей мыши, но между ними – перепонки. Длинный мощный хвост, плоский, словно доска. А морда… Это самое удивительное! Морда зверя заканчивается крепким клювом; он как у лебедя, только больше и шире. И немного раздвоен на конце.
[indent] Вот уж и впрямь: удивительный каприз природы. Казалось, создавая это животное, она так и не смогла решить, кого хочет сотворить – зверя или птицу.
[indent] Сантеса всегда завораживали такие чудеса. Вроде бы, прожив на свете шестьсот с лишком лет, пора перестать удивляться чему бы то ни было. Но он – не переставал.
[indent] Даниэль приобнял Монику за талию, не отводя взгляда от утконоса.
[indent] – Поразительно, да?     
[indent]
[indent]

Чучело утконоса

https://forumupload.ru/uploads/0018/5c/06/3/135291.jpg

Отредактировано Даниэль Сантес (2020-05-12 00:43:31)

83

[indent] – Оооо, – только и ответила Моника. Рот у неё приоткрылся от удивления. – Даниэль, как такое вообще могло породиться на свет? Какая-то пьяная утка отдалась бобру?

[indent] Она потянула за собой вампира, чтобы обойти витрину со всех сторон. Рассматривала чучело внимательно, пытаясь представить, как живёт этот самый утконос. Строит себе гнездо? Или роет нору? Как защищается от врагов? Как выглядят его детёныши?

[indent] Увы, догадаться обо всем этом, глядя на чучело, было невозможно. Вот если бы утконос был живым! Сразу многое бы прояснилось. Но тут Моника огляделась вокруг, оценила строгие своды музея, гулкую мраморность залов… нет, тут совсем не место для живого зверя. Живому зверю всё-таки нужны живая земля, живая трава, проточная вода.

[indent] Но посмотреть на живого утконоса хотелось. А ещё больше хотелось поговорить с ним. Сразу приходили на ум сто вопросов! Хотя... разговор с животным возможен только при помощи магии, а Моника магией не владеет. Зато если бы утконос был оборотнем, они сразу нашли бы общий язык!

[indent] Девушка подняла глаза на своего спутника.

[indent] – Даниэль, а как ты думаешь, бывают оборотни-утконосы?

84

[indent] – Едва ли, – откликнулся Даниэль. – Сколь мне ведомо, оборотни получаются в основном из хищных зверей. Не так ли? А это создание природы, судя по всему, питается водорослями и личинками.
[indent] Когда-то, очень давно, обликом оборотня могло быть любое животное. Но постепенно хищники вытеснили всех остальных. Может быть, где-то и есть до сих пор большеглазые девы, обращающиеся в нежных ланей, и всякое тому подобное, но Даниэль о таком не слыхал. И, честно сказать, полагал, что остались они только в сказках.
[indent] – Хотя… – он покрепче притиснул Монику к себе, – безобидные на первый взгляд животные тоже могут быть сильными. И способны на удивительные вещи, если загнать их в угол.

85

[indent] Если Даниэль хотел, чтобы Моника продолжала думать об утконосе, ему не следовало так крепко прижимать девушку к себе. Особенно после того, как они только что целовались. Особенно – после того, как его пальцы коснулись её ягодиц, безошибочно найдя их под турнюром. Коснулись слегка, но очень, очень дразняще.

[indent] Утконос, конечно, чудо природы. Но ведь вампир, существо, застывшее между жизнью и смертью, – это тоже чудо! К тому же утконос в витрине – всего лишь чучело: оболочка, сшитая нитками и набитая трухой. А Даниэль Сантес – целый, все его органы при нём, и он… он может этими органами пользоваться… весьма искусно…

[indent] Естественнонаучные желания Моники стремительно вытеснялись другими. Просто естественными.

[indent] – Ооооо, да, многие способны на удивительные вещи, если загнать их в угол, – подтвердила она, быстро облизывая язычком губы. – И я тоже! Способна. На удивительные вещи. Хочешь, покажу? Как тебе во-он тот угол?

86

[indent] – Хочу, – согласно кивнул Даниэль.
[indent] «Вон тот угол», обнаруженный Моникой, и впрямь был чрезвычайно удобен для… интересных занятий. Между стеной зала и стеклянной витриной, в которой были выставлены засушенные африканские насекомые, как раз оставалось достаточно места, чтобы джентльмен и его дама могли заняться самыми что ни на есть естественными делами. Иначе сказать: такими, которых требует естество.
[indent] Тем более, что смотрители, ходившие по музею, появлялись здесь редко, ибо смотрителей было мало, а залов много. Тем более – в середине буднего дня, когда публика отнюдь не валила валом. В такие моменты большинство смотрителей предпочитали не обходить музей, а воспользоваться моментом, чтобы забиться в задние комнаты музея и скрасить свое существование маленькой капелькой джина. Или большой капелькой.
[indent] – Тот угол вполне подойдет, – уверил Монику Даниэль и, не теряя времени зря, увлёк девушку в проем между витриной и стеной. А здесь одарил ее коротким, но страстным и многообещающим поцелуем. – Итак, моя милая, покажи, на что ты способна.

87

[indent] Девушка прильнула к Даниэлю, закинула руки ему за шею. Её пальцы проникли в густые светлые волосы вампира и ласкали его затылок, упиваясь возбуждающе прохладной кожей под спутанными, не знающими головной помады прядями, – а потом опускаясь ниже, к гладкой полоске шеи, обычно скрытой воротником, и вбок, к твёрдому уху с непостижимыми, чудесно таинственными извилинами. Пальцы нащупали за ухом нежную ложбинку, погладили её одними кончиками, едва касаясь, стремясь продлить наслаждение… девушка невольно задышала чаще и почувствовала, как по телу мужчины прошла ответная дрожь. И тогда, уже не в силах сдерживаться, оборотница поднялась на цыпочки и схватила ухо нетерпеливыми губами. Её язычок проник внутрь, щекоча, волнуя, дразня, исследуя все причудливые изгибы живой раковины, стремясь приникнуть полнее, глубже, еще глубже, слиться совсем…

[indent] Моника не была куртизанкой, никогда специально не училась доставлять наслаждение. У неё не было отработанных, технически совершенных приёмов, которые возносили бы мужчину на верх блаженства – да беспечная девушка никогда и не стремилась ими овладеть. Просто всякий раз, когда она заводила любовные игры с Даниэлем, Моника вносила в них восхищение своим партнёром,  нежность, которую он в ней будил, страсть, которая её охватывала – и искренность её порывов заменяла самую отточенную технику.

[indent] Она словно вкладывала душу в эти волнующие ласки, растворяясь в них, отдавая всё без остатка, не думая о будущем, не боясь даже умереть – ведь то, что она чувствовала в объятиях вампира сейчас, было важнее любого «потом».

[indent] Сейчас – был Даниэль, и был восторг, и было упоение, и сушёные африканские жуки в витрине обалдело таращили глаза, не веря, что подобное возможно.

88

[indent] В углу между двумя витринами место оказалась на редкость удачное. Здесь их не увидел бы смотритель, даже войдя в зал. Правда, скорее всего, услышал бы. А значит, оставалось только надеться, что смотритель не войдет.
[indent] Ради его же собственного блага.
[indent] Прижав Монику к стене, Даниэль запустил руку ей под юбку. Его рука путешествовала долго, но все же нашла верный путь – и коснулась девушки, спрятанной под слоями и складками тканей. 
[indent] Кончиками пальцев Даниэль погладил нежную кожу на внутренней стороне бедра. Одного бедра, сперва, а затем и второго. Его ласки его были медленными, неспешными. Пальцы двигались неторопливо, мало-помалу поднимаясь все выше – стремясь к лону, а потом снова отступая назад. Дразня. Суля удовольствие, но оттягивая его.
[indent] Губы прикасались к шее девушки. Раз за разом. Снова и снова. Едва-едва стискивая кожу – и вновь выпуская… Только губы… Он мог бы сейчас обнажить клыки и впиться в беззащитную плоть. И Моника это знала. Знала наверняка. Он мог бы вырвать ей горло, погружаясь в бездны кровавого безумства, такого желанного для вампира. Но он лишь касался ее шеи нежными поцелуями.
[indent]  Моника Надь, бесспорно, понимала, что сейчас Даниэль может убить ее. Но знала она и то, что этого не случится. И отдавалась его ласкам без малейшего страха.  И, отчего-то, это было особенно приятно.
[indent] Его пальцы коснулись, наконец, ее лона. Горячего и влажного. Жаждущего. Скользнули по нему, ища – и находя – самые уязвимые места. Те, прикосновения к которым, вызывали волны сладкой дрожи во всём ее теле. И Даниэль, чувствуя эту дрожь и, наслаждаясь ею, менял ритм и темп: то мало-помалу усиливая натиск, то снова ретируясь – ненадолго. Как будто девушка была чудесным музыкальным инструментом, а всё это действо – удивительной музыкальной пьесой, где адажио внезапно сменялось на аллегретто, аллегретто ниспадало до анданте, а анданте вздымалось быстрыми, но плавными волнами, пока не превращалось в аллегро. И так – снова, снова и снова. До кульминации – престиссимо.

Отредактировано Даниэль Сантес (2019-01-21 04:21:05)

89

[indent] Волна наслаждения нахлынула, подхватила Монику, накрыла целиком. Девушка то трепетала, то сладострастно выгибалась – хотелось стонать, вскрикивать, однако краешком сознания оборотница ещё помнила, где находится. Здесь нельзя было шуметь!

[indent] Но ласки Даниэля доводили до исступления. Они кружили голову. Моника будто купалась в океане счастья, то ныряя в него, то вновь выныривая, а оно было вокруг и внутри, необъятное, громадное… настолько громадное, что его трудно было удержать в себе.

[indent] Девушка не стерпела, застонала на выдохе – но тут же скомкала стон, задавила его, впившись зубами в плечо Даниэля. Острые зубы оборотня прокусили пиджак и рубашку, Моника почувствовала у себя во рту кровь и прижалась к Даниэлю крепко и самозабвенно.

[indent] Кровь… Оборотни обычно не кусали вампиров, потому что в этом не было практического смысла. В бою особенного урона не нанесёшь, а в пищу вампиры не годились. Однако сейчас Моника вдруг почувствовала, что поступает правильно – и практический смысл был вовсе не при чём.

[indent] Кровь Даниэля Сантеса… она не была ни сладкой, ни терпкой. Это была просто – его кровь. Уникальная, единственная в мире, с теми вкусовыми нотками, которые присущи только Даниэлю и никому больше.

[indent] Когда-нибудь потом, оказавшись одна каким-нибудь тоскливым вечером, Моника будет вспоминать своего фантастического любовника: его лицо, фигуру; будет вспоминать, как шелковиста его кожа под пальцами, какие мягкие у него губы… и какой вкус у его крови. И будет в этом что-то невероятно личное, интимное, такое, чего не было у неё ни с кем раньше и, может быть, не случится больше никогда.

Отредактировано Моника Надь (2018-11-04 20:34:38)

90

[indent] – Оу! – проговорил Даниэль, проведя рукой по окровавленному плечу. – Это новый опыт. Интересные, я бы сказал, ощущения…
[indent] И в тот же момент послышалась шаги. Они были еще далеко. Смотритель шел – и его шаги отдавались в мраморе гулким эхом. Вампир и оборотница услышали их задолго до того, как смотритель музея вошел в их зал.
[indent] Даниэль усмехнулся.
[indent] – Что будем делать, моя милая? Он ведь заметит непорядок. Пропустим его – или убьем? Всё будет, как ты захочешь.

Отредактировано Даниэль Сантес (2018-11-05 21:10:59)


Вы здесь » Ночные улицы Лондона » Минувшее - оконченное » Вне политики